Особенности фермерского бизнеса: интервью со стригуновским владимиром михайловичем

Интервью с главой фермерского хозяйства из Труновского района Ставропольского края Владимиром Михайловичем Молчановым | Аграрий

Какие же капризные эти две дамы – Погода и Весна. До апреля  сыпали снегом, наметали метровые сугробы, а по ночам напускали крещенские морозы. А потом, в считанные дни, расчистили небо от хмари, дали свободу жарким солнечным лучам, и вот уже побежали журча ручьи, раскрылись от нахлынувшего тепла поля, набухли почки на деревьях.

— Нынешняя весна спутала нам все сроки и планы. Приходится практически одновременно вести сев, подкормку, химическую прополку. В шесть утра уже все в поле. Домой возвращаемся по темноте.

— Устаете?

— Не без этого. А что делать? Для земледельца весна самая важная и ответственная пора. Весна год кормит.

С такого диалога началось мое знакомство со ставропольским фермером Владимиром Михайловичем Молчановым. Потомственный крестьянин. Умелый хозяйственник. Фермерствовать начал в середине 90-х, в труднейших условиях развала советского АПК. Сегодня КХ Владимира Михайловича входит в число успешных крестьянско-фермерских хозяйств области.

Фермер В.Н.Молчанов

— Да, в этом году у меня будет 27 уборочная страда.

— Ого! В сложные годы проходило ваше становление как фермера.

— И годы были сложные, и условия — не из простых. Знаете, какие нам, фермерам земли давали? Самые бросовые. И технику вручили далеко не новую. Но надо было работать, надо было поднимать и ставить на ноги хозяйство.

Владимир Михайлович оказался хорошим организатором и хорошим экономистом.

Понял, что успеха можно добиться только при соблюдении основных правил земледелия – строго придерживаться законов агротехнологии, не чураться новых научных разработок и, конечно же, обрабатывать ее современной и надежной техникой.

Обратите внимание

Да, и любить землю, кормилицу и хранительницу крестьянского рода. Эти правила и заложил в основу практической и экономической деятельности своего хозяйства Владимир Михайлович. А все-таки, упор сделал на техническое переоснащение хозяйства.

— Одно дело обрабатывать, к примеру, 50 гектаров, и совсем другое, когда под тобой свыше четырех тысяч гектаров. Тут на личном энтузиазме не выедешь. Начал потихоньку приобретать новую технику, — рассказывал фермер.

– Своих денег не было, пришлось идти в банк за кредитами. С одной стороны и есть смысл брать кредиты, но с другой стороны и сложностей много. Процентные ставки высокие, оформление залоговой базы. Много сложностей.

Да деваться не куда. Технику взял. Экономическая эффективность хозяйства пошла в рост.

В начале двухтысячных стала распространяться принципиально новая технология обработки земли, No-till. Споров было много – выгодно или не выгодно. Тогда Владимир Михайлович так сформулировал свою позицию:

— На мой взгляд, самое разумное – эффективно использовать землю. Важно правильно рассчитывать свои возможности, как с увеличением площади обрабатываемой земли, так и с качеством её обработки.

Он решил попробовать. В 2004 году Владимир Михайлович переводит хозяйство на принципиально новую обработку земли.

— Нулевая технология требовала определенного набора современной высокопроизводительной техники, — рассказывал мне Владимир Михайлович. – Практика подсказала, а я опробовал нулевку на некоторых своих полях, что ноутилл для земледелия выгоднее, экономичнее глубокой вспашки. И тогда я решился полностью перейти на нулевую технологию, и на полное обновление технического парка.

Машины зарубежных фирм его не соблазнили. Несмотря на мощную рекламу и видимые преимущества в сравнении с отечественной техникой.

— Использование отечественной и произведённой в ближнем зарубежье техники на сегодняшний день самый выгодный для аграриев вариант. Ведь если сравнить затратный механизм отечественных и импортных машин, наши (и стран СНГ) оказываются в два раза дешевле.

— И Вы опять пошли в банки за кредитами?

— Нет, я обратился в государственную компанию Росагролизинг. Честно скажу, не для рекламы, — отличная компания. И именно через АО «Росагролизинг» я смог приобрести современные недорогие отечественные сельхозмашины. Мне нужны были сеялки прямого сева, опрыскиватель, комбайн, тракторы.

Из этих моих задумок специалисты компании выстроили эффективную технологическую цепочку. Я взял два посевных агрегата «Берегиня» АП-652, культиватор, трактор МТЗ, КАМАЗ с прицепом, дискатор. Документы оформили быстро. Технику доставили прямо в хозяйство – я никуда не ездил и не ломал голову, где буду забирать ее и как привозить.

И потом, вся техника отечественная, с хорошими скидками в цене. Для меня, фермера, условия просто отличные.

В работе посевной агрегат Берегиня

Сегодня Молчанов полностью перешел на нулевую технологию. Экономическая выгода ощутима.

— Значительно сократились материально – технические затраты – на ГСМ, ремонт. Сократились сроки посевной и уборки урожая. Снизились потери. В прошлые годы у меня работало 50 механизаторов, сегодня – 30. Прежде в уборочную страду нанимал до 150 человек на сезонные работы, а теперь от этой практики отказался. Появилась реальная возможность повышать заработную плату.

Но не только на зарплату работникам хозяйства идут сэкономленные денежные средства. Хозяйство поддерживает социальную инфраструктуру села. Ремонтирует дороги, помогает школе и детскому садику, сельскому храму.

Важно

Планирует ли Молчанов и дальше заниматься техническим обновлением своего КХ? Конечно.

Планирует ли сотрудничать с лизинговой компанией? Безусловно, так как уже полученный опыт общения с сотрудниками «Росагролизинга» показал реальные преимущества и широкие возможности для роста экономических показателей, рентабельности крестьянского хозяйства. Хотя и от сотрудничества с банками не отказывается.

— Говорят, фермерам трудно выстоять, выжить. Но я думаю, выжить может любое хозяйство. Нужно не бояться экспериментировать, быть гибче, не бояться от чего-то отказаться, а что-то новое осваивать.

Людмила Григорова,
Ставропольский край, Труновский район

Источник: https://agrarii.com/intervju-s-glavoj-fermerskogo-hozjajstva-iz-trunovskogo-rajona-stavropolskogo-kraja-vladimirom-mihajlovichem-molchanovym/

Интервью в глубинке

В нынешнем выпуске журнала несколько материалов посвящены северной зоне России, точнее самой крайней ее части, расположенной совсем неподалеку от морей Ледовитого океана.

Несмотря на короткое лето и долгую зиму с жуткими морозами, зона эта всегда была пригодна для получения на своих землях собственного продовольствия. В администрации пос.

Пинеги Архангельской области ее глава Николай Анатольевич Вижевцев поведал мне печальную истину сегодняшнего дня.

Он сказал, что до 90-х годов здесь в общественных хозяйствах развивалось, и успешно, и земледелие, и животноводство, а сейчас государственные животноводческие предприятия все развалились. Да и многие частники свой скот позабивали. Но мы изо всех сил стараемся поддержать местное животноводство.

Например, в деревне Труфаново потребкооперация закупает у частников молоко, здесь сепарируют его, перерабатывают на сметану, творог. В Труфаново людям работать совсем негде, связь с поселком – через реку, сельское хозяйство, лесная промышленность, как и всюду, загублены, поэтому молоко для жителей этой деревни – единственный достаток.

Туда кооперация завозит товары на катере, комбикорм для скота недорого по заявкам жителей.

В деревне 60 коров. Выручает пункт искусственного осеменения, потому что в прошлом году там зарезали последнего быка-производителя. Пункт – тоже вклад потребкооперации в поддержание житья-бытья деревенских жителей.

Совет

Закупают у них также картофель, овощи, дикорастущие ягоды. Стараемся выручить население, как можем. Если бы была поддержка государства, заготовки пошли бы успешнее. А пока кооперацию с закупкой картофеля и овощей опережают частники-перекупщики.

У них есть деньги и они сразу расплачиваются наличными, это люди ценят.

Раньше заготовительная сеть была сильно развита. Пушнину, дичь принимали, охотников-то много было. Сегодня сдать шкуры некуда. Если и открыли бы пункт, специалиста-приемщика нет.
Все, что когда-то было налажено, рухнуло.

В администрации мне посоветовали зайти к старожилу этих мест Хаймусову Григорию Николаевичу. Я с ним встретилась, и он расфилософствовался. Я его все склоняла к тематике животноводства в личных хозяйст вах, но он считает, что частное животноводство умирает, что же о нем говорить.
Все, что я слышала, без всяких прикрас передаю вам..

Пойдет ли сейчас в фермерство молодежь? Вряд ли. Она уже вкусила общественной жизни до 90-х годов. Привыкла к колхозно-совхозному коллективному труду, когда отработал, зарплату получил – и порядок.

Так что нынче сложно заставить людей работать, особенно молодых, добывать “зарплату” своим хозяйством. Будут они трудиться без техники, вручную сено косить, ворошить его и потом заботиться о том, на чем его к своему двору привезти? Хозяйство держать – это обуза. Ни дня, ни ночи, ни выходных.

Зря необдуманно распустили коллективные хозяйства. Народ привык в коллективе работать, в одиночку много не сделаешь. Может быть, какая-то женщина и хотела бы держать скотину, но у нее ничего для этого нет, например, покосов, да и не может она косить, не сумеет.

Раньше тут леса были совхозные, отводили покосы, там можно было огораживать участок и себе на дрова. Потом это все запретили, отобрали.

Страшно разорили лесное хозяйство. Был у нас леспромхоз. Оттуда и дрова людям, и все отходы привозили. А сейчас предпринимателю мелкому невыгодно дрова издалека возить. Он их там жжет, бросает, маскирует.

Сельскому хозяйству без дота ций никак не выжить. Я вот должен полтора года растить бычка, чтобы в нем 200 кг мяса было. А он стоит всего 12 тысяч. Мне нужен, допустим, трактор, а за него выложу миллион.

Раньше же трактора и другую технику населению в колхозе предоставляли.

Обратите внимание

У молодежи здесь работы нет, живут бедно. Хорошо, если матери и отцы заработали пенсии. Спиртом торгуют в каждом доме. Получают пособие по безработице, за три дня пропьют, потом голодают. За рекой у нас был очень крупный совхоз. Там было 2000 голов крупного рогатого скота, а сегодня уже остатки разоряют.

Раньше государство отпускало деньги на строительство и на все. А сейчас что? Мне кажется, мелкое предпринимательство к добру не приведет. Фермерство бы развивалось, если бы за каждый колосок боролись, работали с душой. Теперь же молодежь разве заставишь! Им надо отпуск, съездить куда-то просветиться.

Свой скот-то надо пасти, ухаживать за ним чуть ли не круглые сутки. Да кто на это пойдет!

– А вы вот все-таки держите бычка?
– Потому что я старый крестьянин. Свою корову только в прошлом году сдал. У нас здесь холмогорка – это самая выносливая порода, коровы доброжелательные, удойные.

В совхозе кормов тогда тоже было в обрез, весной лишь бы дотянуть до пастбища, так что они еле ходили. А на пастбище смотришь, быстро отъелись. И давали много молока, да какого! Вот тут доярки не хвалят каких-то голштинок.

Ясно, заграничные, они более прихотливые, их надо нежно содержать, чтобы удои были.

Бывает, купит какой-нибудь предприниматель контрольный пакет акций какого-нибудь колхоза-совхоза и чувствует себя начальником. А живет в городе. Корове скоро телиться, а ему вдруг деньги понадобились, он увозит ее в город продавать на мясо.

И никому дела нет. Раньше же, попробуй-ка председатель колхоза забей без согласия правления какую-нибудь скотину, посадят ведь.

Нынче и пожаловаться некуда!
Закупают мясо за границей – вот хорошо-то, работать не надо, нефть продал и купил!

– Давайте посоветуйте что-нибудь тем, которые все же хотят заниматься этим неблагодарным делом, частным животноводством. Как вы сами сено косите, как храните, как спасаете его от мышей? В редакцию пишут, что сено сберечь трудно, мыши точат.
– Мышей кошки отлавливают. У нас в каждом доме кошка, поэтому ни мышей, ни крыс нет.

Важно

Сено складываю под навесом из досок. Корову держать не было больше сил, но хорошая была, покладистая. Муркой звали. Бычку сейчас моему год, а мне 79-й пошел. Все работал в своем личном хозяйстве, грузовую машину продал только в этом году. Сено привозил на ней. Косил тракторной косилкой, когда был помоложе, вручную косой ма хал.

Сено обычно сушу на самом покосе. Я купил тракторок, можно сказать, утильный (тогда совхоз продавал списанное). Поправил его, отремонтировал. Косой косишь – трава ложится кучей, а под косилкой, если ее наладить, расстилается, и сено очень хорошо высыхает. Поворошишь его немножко, а потом на тракторной телеге везешь. Сейчас на лугах оставить нельзя, воровства много стало.

У меня под навесом, если утоптать, 5 т сена помещается. Там и храню. На корову самое малое нужно 3,5 т. А если теленок появится, то сначала ему немного надо, а с восьми месяцев он начинает хорошо кушать, и привес чуть ли не по 1 кг в сутки дает, если, конечно, хорошо кормить

В саду у меня растет малина. Варенье варю, сушу на зиму. Есть и красная смородина. Всем можно в деревне заниматься, не надо только лениться. Ничего, что север. У меня и яблони долго были. А потом одна зима была – мороз трещал 52 градуса, да целую неделю.

Надо было бы мне их замотать, хоть сеном, может быть, спас бы.
Выращиваю и картошку на 12 сотках. Конечно, крупная родится – земля-то навозом удобрена. Наша северная земля – подзол, ей навоз необходим. Луга у нас в основном заливные. Они 5 км шириной, а длиной – без конца.

Читайте также:  Франшиза «лукойл» и ее главные условия. как начать работать под известным брендом

Пастбищ летом много.

– Можно было бы скот-то разводить? – Да, мы богаты сенокосами да лесом. Здесь хорошо родится яч мень, рожь, овес, но больших полей нет. Чтобы посадить, посеять, лес надо вырубать. Поля моментально зарастают. А еще осина стала свирепствовать. Раньше ее почему-то мало было.

Может, зимы теплые стали, да еще никто не вырубает ее. В основном в лесах сосны, ели и лиственницы. За 5 км от нас поднимается гора. Это Беломоро-Кулойский хребет. Там за монастырем я когда-то купил этот дом и перевез его сюда. Тогда с жильем тоже было трудно, сами строили.

Раньше леспромхоз у нас дорогу делал. Крупная была организация. А нынче дороги разбиты, разве мелкий предприниматель будет ремонтировать их?! У него и техники подходящей нет. В те времена за дорогами следили, лесные-то были лучше, чем в самой Пинеге.

Собак у нас развели всяких, испортили породных. У нас раньше с собаками пушнину добывали. Были чистокровные лаечки. Много белки добывали. Теперь никто пушнину не принимает. Ничего никому не надо! А могли бы… Раньше я с собачкой, как на прогулку ходил в лес и приносил по 12 штук белок. Сдавал в заготконтору и деньги получал. Там давали и порох, и дробь.

Совет

Принимали и куниц, рысь или росомаху, если добудешь. Не охотимся уже, так волки стали крупные! И медведей порядочно подразвелось. Лицензия стала дорогая, чуть ли не пять тысяч рублей, а охотников на него мало. Значит, купишь, пять тысяч выложишь, а попробуй его еще добыть. Я за свою жизнь штук семь их добыл и четырнадцать вол ков, лосей немало.

Заготконтора ликвидировалась, а было время, она засаливала шкуры и отправляла в город на кожевенные заводы. Почему-то не понадобилась эта заготконтора, за границей стало закупать дешевле. В сторону от Пинеги сосновые боры хорошие и мох в изобилии. Туда пригоняли оленей. У нас здесь жили ненцы Осотины, оленей пасли. Они не уезжали в тундру, в этом бору пасли. Олениной торговали.

Это дешевое и вкусное мясо. Что-то не видно, чтобы нынче олениной торговали.

Да. Молодежи можно было бы корову-две держать, так не хочет.

Вот таких домов когда-то настроили неудачных (двухэтажных многоквартирных), и думали, что осчастливили. А жителям их даже луковицу негде посадить.

Мы раньше удивлялись, что в Америке безработный на машине ездит. У нас сейчас полно таких. Купили, когда работали. Вот моей “Ниве” уже 22-й год. Она и сена прицеп за собой тащит. Я в первое время за ней конную косилку пускал.

Когда стали приходить тракторные косилки, конные все забросили. Я одну отремонтировал, а когда получил участок в 2 гектара под сено для коровы (трактора еще не было), пустил косилку за машиной.

Конную косилку приходилось тащить двум лошадкам, а у меня вместо них “Нива” работала.

У меня и мотоблок есть. Им можно маленький огородик вспахать, и косилочка к нему есть. Картошку окучить можно, выкопать. В середку приделываю такой плуг с решеткой, и вся картошка наверху. Мотор у мотоблока хороший. Наши умеют делать, когда захотят.

Я вот сейчас большой противник иностранных автомобилей. На что они! Мало нам окорочков американских. Нашим людям надо свое. Они не любят, чтобы нянчиться с техникой. К примеру, наш трактор хоть по болотам, хоть где угодно пройдет. А что тяжелый, так это надо совершенствовать. Пусть топорно, но крепко.

– А вы коренной житель Пинеги? – Родился я в шести километрах отсюда, в деревне Хаймусово в четырнадцать дворов. Вот вы заинтересовались косой-горбушей, но у нас почему-то я этой косы не видал. А вот тут неподалеку все горбушей косят, у них не могли косу-литовку внедрить.

Обратите внимание

Я застал еще как на лошадях боронили. Из школы прибежишь и – боронить. С четвертого класса уже верхом сидел. Чуть пропустишь, бригадир бежит, ругается (у меня мать бригадиром была). Раньше зарод (длинный стог. И. Г.

) намечут, так комар носа не подточит – каждый день дождь льет, а сено все же сохнет, потому что продувается.

Были у нас лошади-тяжеловозы. Они раньше артиллерию таскали, но здесь они не прижились. Им много хлебного надо и теплое помещение, иначе тощают. Но наша мезеха (местная лошадь – мезенская. И.Г.) в снегу день отработает, да потная ночью в холоде простоит и как-то все переносила. Хотя лошадей сейчас держат мало. Им нужно по 5 т сена заготовить. Машину же поставил, и она есть не просит.

По реке нашей Пинеге всегда сплавляли лес. Она, полная им, несла бревна. Пойдемте на угор, посмотреть на нашу реку. Там за ней в гражданскую, во время интервенции был американский аэродром. У меня дедко помнил это. Ему тогда было 11 годков.

Бегали, говорит, туда мальчишки, американцы их шоколадом кормили. А потом красные с белыми сошлись здесь. Старожилы рассказывали, как друг дружку они в прорубях топили. Такое зверство было! Солдат попадал в плен – так в прорубь его.

Страшное было время, сосед убивал соседа, брат – брата.

Мы глядим на Пинегу-реку. По берегам ее на заливных лугах спокойно пасутся коровы, остатки прежнего животноводства. Настанут ли здесь счастливые времена достатка? Будет ли Пинега пусть не раем, но хотя бы просто местом сносной жизни не только для перепродавцов, но и для производителей продовольствия, хозяев подворий?

Очень хочется верить в это и в то, что со временем здесь вместо неудобных двухэтажных домов, где нет места даже грядке с зеленью, крошечной клумбочке с цветами, “рукастые” хозяева построят крепкие дома, где будут жить и трудиться их большие семьи, и в каждом дворе, если не замычит корова, то загогочут гуси, запоют петухи, прогоняя рано утром дурные сны и помыслы?..

Ирина Горбунова Пинега

Архангельской области

Редакция журнала “Дворовая живность и хозяйство”

Здесь можно подписаться на журнал “Дворовая Живность и Хозяйство”

Источник: https://fermer.ru/content/intervyu-v-glubinke-38476

История успеха вязниковского фермера

Лет десять назад предприятие, на котором работал  Александр  Прохоров  развалилось.  Появилась проблема: как жить дальше? Александр помнил детство, проведенное в селе Шустово Вязниковского района, ведомый с маленьких лет сельский труд и принял решение стать фермером.

Мать у него по-прежнему жила в деревне. Колхоз там саморазвалился в залихватские девяностые годы.

Александр Дмитриевич съездил в Ивановскую губернию, закупил пару десятков ярок романовской породы и 3-х баранчиков. Овечки  жили на участке, который принадлежал матери.  И скот начал плодиться.

Важно

В 2006 году он взял первый кредит. Починил на эти деньги купленное животноводческое помещение бывшего колхоза площадью 120м2.

Земля находилась в заброшенном состоянии, но оформить ее все равно пришлось, она была в муниципальной собственности. Несколько  лет нескончаемых  хождений по инстанциям. Александр Дмитриевич чуть было не отчаялся совсем . И тогда направился в министерство сельского хозяйства и продовольствия области. Проблема была решена  за несколько дней.

С настоящего и началось формирование крестьянско-фермерского хозяйства Александра Прохорова. Сейчас вязниковский фермер арендует 400 гектаров земли. Выглядело как фантастика – взять с нуля животноводческое производство.

Но дело начало двигаться благодаря напористости, инициативности и твердости характера новоявленного крестьянина, а также организационной поддержки со стороны регионального министерства сельского хозяйства и продовольствия. В минувшем году фермер стал участником особой программы, разработанной для помощи фермерам.

Сущность ее в том, что фермер может попросить кредит в любом банке, но выплаченные им  проценты государство целиком возмещает. Выходит, сколько взял, столь и отдал.

Ныне его отара овец насчитывает более 860 голов. Да еще 125 бычков на откорме.

– Чем заманчиво производство баранины? – спрашивает Александр Дмитриевич.И сам же отзывается: – Порой начинаешь считать, выходит, что разводить овец  рентабельнее всех прочих животных. Со  времени появления на свет ягненка до реализации проходит приблизительно год. Валушок за десять  месяцев поправляется в среднем  на 20 килограммов.У меня сформировалась своя клиентура.

Продаю по 200 рублей, – рассказывает Прохоров. – Ладно идет. С одной головы выходит около трёх тысяч рублей дохода. А расходы  маленькие, в особенности летом. Барашек с половины апреля до конца октября живёт на пастбище. Расходы на его содержание небольшие: трава (а овцы едят всякую, какая есть), вода, да жалованье пастуху.

Зимой содержим в основном на сене, которое накашиваем  сами.

Овцы стремительно плодятся: после первого окота народятся 3, 4, иногда даже 5 ягнят. Самое важное, чтобы скотина содержалась хорошо. За ягнятами помогает  ухаживать  одна работница. А в общем в КФХ Прохорова трудятся три человека, да ещё он сам – опять-таки за троих. По его взгляду, самое существенное – верно организовать работу.

Но, оказалось, научиться производить мясо проще, чем суметь его рентабельно реализовать. Часто случается продавать спекулянтам. А они пытаются взять мясо дешевле, чтобы накручивать себе процент побольше. Порой, когда скота мало, не вопрос продать продукцию самому. А как быть, когда животных не одна сотня?

Совет

Так у Александра Прохорова появилась идея открыть личный магазин в Коврове. Понравился ему Первомайский сельскохозяйственный рынок, уж чрезвычайно хорошее место.

Генеральный директор рынка к визиту фермера отнесся пониманием.

По словам директора рынка, достигаешь  соглашения, скажем, с мясокомбинатом, а продавать приходят разнообразные крохотные ИП и ЧП, выдвигающиеся в качестве посредника между рынком и комбинатом .  

Наверное, кому-то приходиться по вкусу работать с торговым предприятием через своих посредников, дабы наваривать лишние денежные средства. А Прохоров предложил добрый товар, который сам и выращивает.

Лавка открылась  на первом этаже здания рынка, называется «Мясные продукты от фермера». Функционирует уже месяц. Продает баранину, свинину, говядину, мясо кролика.

При мне в лавке покупательница приценивалась к  бараньей туше, одна из дам купила тяжелый шмат мяса, вторая попросила сало из последнего привоза.

Понимая, как значимо пособить  сельскохозяйственным  производителям  продавать свою продукцию, Александр Прохоров намерен приобретать ее у всех желающих и реализовать в личном магазине.

Фермер рассчитывает, чтобы на витринах его лавки появились домашние  гуси, утки, куры, индейки, одним словом, то, что растят иные фермеры и крестьяне на личных подворьях. С его деловой хваткой и норовом это удастся.

Источник: https://www.ya-fermer.ru/blog/istoriya-uspekha-vyaznikovskogo-fermera

“История успеха одного фермера”

Перякина Елена 10 класс МБОУ «Учхозская СОШ»

Краснослободского района  Республики Мордовия

 «История успеха одного фермера».

Передо мной сидит красивый мужчина пятидесяти с небольшим лет, высокого роста, крепкого телосложения, словно богатырь из сказки.  Это руководитель фермерского хозяйства «Од ки» (в переводе с мордовского «Новая дорога») Перякин Иван Дмитриевич.

Его хозяйство находится в селе Колопино  Краснослободского района Республики Мордовия. Именно там  он и родился, рос, женился. Именно там и организовал свое хозяйство, которое является самым современным в районе по наличию техники.

Мой собеседник приветливо улыбается, поглядывает на часы. И я, конечно же, смущаюсь и робею. И мне даже трудно представить, как  этот человек будет отвечать на мои вопросы.

Обратите внимание

Будет ли он честен и откровенен? Захочет ли он вообще со мной разговаривать? Ведь я не профессиональная журналистка, а учусь пока только в школе. Но вот собираюсь с духом и задаю первый вопрос.

– Как давно Вы занимаетесь фермерством?

 – С 1998 года.

– Сколько у Вас земли? Живности?

-1821 гектар земли; 360 голов крупного рогатого скота, 400 овец и 40 лошадей.

        Я не смогла сдержать свои эмоции и , удивившись,  даже воскликнула: «Вот это да! Как много!» Но Иван Дмитриевич нисколько не смутившись, не загордившись от произведенного впечатления, спокойно продолжал отвечать на мои вопросы:

– С чего начиналось ваше фермерство?

-Конечно же, с учебы на агронома в МГУ им. Н.П.Огарева. Там я получил первые знания по животноводству, растениеводству и первый практический опыт. 

-Как вы пришли к решению заняться фермерством?

-После окончания университета работал в совхозе. Познакомился с организацией сельскохозяйственного предприятия. Увидел и проблемы. Времена были достаточно тяжелые. И решение пришло само собой. Вместе с родными братьями стал заниматься лесопереработкой, открыли пилораму. Ведь изделия из дерева: двери, рамы, доски – нужны всегда.

Но через некоторое время понял, что могу самостоятельно работать. В 2001 году на базе обанкротившегося хозяйства совхоза “Краснослободский” организовали КФХ “Од ки”. Взял 1гектар  земли и занялся растениеводством. А еще купил 50 голов телок для разведения крупного рогатого скота.

В 2002 году решили заняться и коневодством, для воспроизводства закупили 6 лошадей и, к настоящему времени,  поголовье выросло до 40 голов.

 Однажды,  встретившись с двумя жителями Дагестана, решил приобрести овец.  Купил сразу 53 овцематки и 2 барана-производителя. Эти овцы эдилбаевской породы. По окрасу шерсти они бурые и рыжие, прекрасно переносят летнюю жару и зимние морозы. Но главное преимущество – эти овцы очень быстро набирают вес. Взрослые особи овцематок достигают до 70-80 килограммов, а бараны – до 120 килограммов.

-Какие были трудности были на начальном этапе? Был ли у Вас стартовый капитал?

Читайте также:  Языковая школа как бизнес, интервью с юлией хаустовой, владелицей языковой студии

-Для серьезных приобретений никакого личного капитала не достаточно. Брал кредиты, с которыми смог рассчитаться.

– На вашей ферме работают только члены семьи или есть и наемные работники?

-Работает у нас 26 человек, из них 20 – колопинцы. Все трудятся официально. Средний возраст – 38-45 лет. На работу пьяными не ходят. Везде техника, механизмы – опасно. Кто выпьет, тех сразу отправляем домой. У нас все равны.

Всеобщая заменяемость. Кто зимой на лесозаготовке работает, тот летом за штурвалы комбайнов садится.

Работают и члены моей семьи, сыновья Дмитрий и Иван (который осваивает профессию ветеринара),  но основная организаторская работа, конечно, лежит на мне.

– Дохода от фермы  хватает для жизни?

– Дохода хватает как  для жизни, так и для дальнейшего развития хозяйства.

– Какие проблемы Вы ощущаете в своем фермерском бизнесе? Существуют ли риски?

– В основном, проблемы связаны с нестабильностью законодательства в области предпринимательства (отмена субсидий, налоговых льгот). А риски связаны только с погодными условиями.

– Где Вы продаете свою продукцию?

– Раньше сдали молоко на молочный завод «Краснослободский». А сейчас отвозим на пункт приема от комбината «Атяшевский». Мясо распространяем по всем регионам, там где есть потребность, туда и продаем. Но, конечно же, больше стараемся продать здесь в Мордовии, то есть поддерживаем спросы местного потребителя.

– Что нужно для успеха в фермерском бизнесе? Что Вы считаете самым большим своим успехом? 

– Главное работать и не бояться трудностей. Труд-это основа любого успеха. И мой успех напрямую зависит от вложенного труда.

– Есть ли у Вас в запасе еще какой-нибудь “маленький секрет”, которым бы Вы хотели поделиться с фермерами?

-Мой секрет – прост и берет начало из семьи. В нашей семье пятеро детей. Рано лишившись отца, пришлось помогать матери по дому, по хозяйству, да и на работе (она работала дояркой) частенько были ей помощниками с малолетства. Так что труд был делом привычным и необходимым.

Никто не жаловался на усталость, мозоли, да и некому было. Наша сила была в нашем единстве. В верности  главному принципу – работать на родной земле.  Благодаря своему труду, и выжили, стали людьми, все самостоятельно получили образование, обзавелись семьями. И поэтому четыре брата и сестра очень дружны.

Важно

Старший брат в Карелии. Адвокат. У него своя юридическая контора. А вот три брата и сестра, что помладше, во всем помогают друг другу, живут и работают сообща. Ничего не делят. Никогда не сидят на месте. У них нет преграды между руководством и подчиненными. Живут единым коллективом.

Вместе работают и отдыхают. Вместе делают дело.

– Может ли фермер стать богатым?

– Как сказать! Дохода хватает для нормальной жизни. Но в основном все зависит от погодных условий, в один год может быть больше прибыли, а в другой, она может уменьшиться в несколько раз.

– Кто может помочь фермерам решать  проблемы?

– Руководство республики, региона, всячески помогает фермерам, субсидиями, кредитами.

– Какие планы на будущее в вашем хозяйстве?

– В 2012 году мы построили двор на 200 голов коров молочной породы. Молоком выгодно заниматься, всегда есть спрос на молоко. Планируем развивать хозяйство в этом направлении.

– Чему Вы научились, став фермером?

-Я стал более внимательным к людям, их проблемам. Для меня человек, забота о нем  важнее всего.

– У Вас есть мечта?

-Моя мечта- это продолжение моего дела. Я очень бы хотел, чтобы мои сыновья развивали наш семейный бизнес.

Что Вы можете пожелать фермерам?

– Не бояться трудностей и достигать своих целей.

Вот такой мой собеседник – неугомонный, будто настоящий вечный двигатель. За ним просто не поспеть. Сейчас он на ферме, через час в Краснослободске, еще через два – в Саранске. И со всеми находит общий язык. Решает любые вопросы.

И никогда не превозносится. Иван Дмитриевич – человек, который жить не может без полей, ферм, лесов и лугов. Все это объясняется одним словом – любовью к родине, к своей земле и делу.

Потому как он остаются тем, кем и является – простым человеком, крестьянином.

 После беседы с ним я поняла, что не важно, чем занимается человек, важно, как  он это делает. И вовсе не нужно ставить цель в достижении успеха. Успех придет в благодарность за любовь и верность земле.

И в конце своего рассказа, как настоящий журналист,  я хотела бы, не без чувства гордости, открыть секрет, что Иван Дмитриевич – мой родной дядя, старший брат моего папы. И рассказывать про его семью, жизнь, работу мне было очень приятно.

Источник: https://nsportal.ru/ap/library/literaturnoe-tvorchestvo/2013/05/03/istoriya-uspekha-odnogo-fermera

Интервью с Сергеем Михайловичем Роговым

Полная версия интервью с Сергеем Михайловичем РОГОВЫМ, размещённого на официальном сайте администрации Озёрского района 24 ноября 2013 в рубрике «Интересные люди»

Досье: Сергей Михайлович Рогов родился 29 сентября 1955 года в городе Озёры (в Болотове). Государством отмечен званием «Ветеран труда». Общий трудовой стаж составляет 37 лет. Звание «Почетный гражданин города Озёры» С.М.

Рогову присвоено решением Совета депутатов Озёрского муниципального района 30 мая 2014 года № 115/21. С детства увлечённо занимается краеведением, пешком вдоль и поперёк исходил весь Озёрский район, бесконечно влюблен в свою малую Родину.

Все собранные материалы легли в основу его книги «Путеводитель по Озёрскому району», изданной в 2008 году на средства автора.

Живу в прекрасном мире, из которого мы все когда-то вышли

Вопрос: Сергей Михайлович, Вы — автор единственного пока путеводителя по Озёрскому району, у вас более 30 публикаций в местных газетах о природе и на исторические темы, читаете лекции, водите экскурсии. Скажите, зачем Вам это все нужно?

— Мне это не нужно, мне это нравится, и я с удовольствием этим занимаюсь. Кто-то увлекается рыбалкой, кто-то охотой, фотографией, а я люблю бывать на природе, забираться в самые отдалённые уголки района, беседовать с людьми.

Свежий воздух, шелест листьев, рассветы, закаты, дожди, метели – всё это мне нравится. Я живу во всём этом – в прекрасном мире, из которого мы все когда-то вышли.

Люди в наше непростое такое  время отдалились от природы.

В жестокой борьбе за выживание, за элементарный кусок хлеба им некогда (и в этом не их вина) сходить в лес, посидеть на берегу весело бегущей по дну оврага речки, послушать журчание родника, неторопливо побеседовать с бабушкой, сидя на скамейке в её крохотном, утопающем в цветах палисаднике. Это тоже жизнь, и я хочу, чтобы люди прочувствовали её, хотя бы в моих рассказах.

Вопрос: ОКТ отсняло около десятка сюжетов о природе и исторических местах нашего района с Вашим участием. Люди и сейчас с удовольствием их смотрят. Вам нравится, когда Вас показывают по телевизору?  

— Нет, не нравится. Человек я не публичный, роль киноактёра меня не привлекает. А потом – это тяжёлая (по крайней мере для меня), серьёзная работа, требующая подготовки, времени и сил.

Я всегда прошу оператора, чтобы он снимал природу побольше, а меня – поменьше. Благодаря искусству специалистов ОКТ, сюжеты (на мой взгляд) получаются интересные, познавательные. Люди их смотрят, им нравится, звонят, вопросы задают.

В принципе, готов продолжить эту работу.

Источник: http://ya-kraeved.ru/intervyu-s-sergeem-mixajlovichem-rogovym/

Владимир Шмигельский: «Бизнес ради бизнеса — это слишком ограниченно»

«ПримНефтьСнаб» — современная, прогрессивно развивающаяся компания, основным направлением деятельности которой является реализация и доставка бензина, дизельного топлива, а также предоставляющая широкий ассортимент иной продукции на рынке нефтепродуктов.

В интервью PRIMPRESS руководитель фирмы Владимир Шмигельский рассказал не только о своем бизнесе, но и о том, как важно представителям бизнес-сообщества участвовать в развитии города и региона и насколько важны в целом социальные инициативы.

Топливный бизнес системообразующий для экономики страны, какую роль он играет для Приморского края?

—Приморский край сегодня развивается интенсивнее, чем большинство регионов страны. Этому способствуют инициативы федерального уровня: развитие инфраструктуры, обеспечение режима свободного порта, проведение Восточного экономического форума, например.

Таким образом, имея институциональную надстройку в экономике, мы — бизнесмены — можем развивать свое дело, участвуя в различных проектах. Топливный же бизнес — это бизнес движения.

Назовите мне отрасль экономики, которой не нужна энергия, топливо? Поэтому Приморский край, как и вся страна, во многом полагается на сферу добычи и реализации ресурсов и топлива. Я понимаю, насколько это ответственно.

Совет

Мы сотрудничаем с различными фирмами: крупными, маленькими, из банковской сферы или сферы промышленности, казалось бы, нет между ними ничего общего, однако все они нуждаются в топливе. Мы обеспечиваем движение всех участников региональных экономических отношений, это очень важно.

Вы можете отметить, что город и край заметно выросли за последнее десятилетие?

—Конечно! Я уже говорил, что инициативы федерального уровня позволили бизнесу реализовать различные проекты.

Владивосток — это форпост России в Азиатско-Тихоокеанском регионе, и город выглядит достойно, с каждым годом становится лучше. Появились зоны опережающего развития, реализуется множество проектов с иностранным участием.

В Приморском крае есть движение, приятно осознавать, что, поставляя наш продукт клиентам, мы являемся участниками этого процесса.

Ваш бизнес узнаваем и благодаря своим социальным инициативам. Под вашим покровительством бойцовский клуб «Триумф» успешно развивается и завоевывает все новые титулы. Почему для вас это важно?

— Это моя личная инициатива и, я бы сказал, личная потребность. Я всегда оказывал спонсорскую помощь тем, кто в этом нуждался, с этим либо рождаешься, либо живешь. Жизнь только для себя. У меня такой характер, я считаю, что если я чего-то добился, если у меня есть силы, возможности, то этим нужно делиться.

Бизнес ради бизнеса — это слишком ограниченно, напротив, взять на себя социальную ответственность — это личностный рост. Я оказываю поддержку «Триумфу» уже два года, и для меня важно, что ребята одерживают победы, завоевывают чемпионские пояса.

Оказывать помощь — это видеть часть себя в развитии молодежи, общества.

Для «Триумфа» ваша компания является генеральным спонсором, благодаря вашему участию у клуба есть тренировочные базы, вы лично их посещаете?

—Да, я нахожу время встречаться с бойцами, смотрю тренировки, ведь каждая их победа — это и моя победа.

Спорт важен в жизни для каждого человека, а такой спорт, как единоборства, способствует формированию лучших мужских качеств.

Ребята из «Триумфа» имеют возможность выезжать на соревнования как по России, так и за границу, представляют страну, поэтому «ПримНефтьСнаб» с гордостью следит за их выступлениями и помогает во всем.

Кстати, вы же помогаете не только спортсменам?

— Да, мы оказываем помощь и детским домам, чтобы поколение росло с ощущением поддержки. Очень важно чувствовать поддержку, когда ты молод, иметь перед глазами пример. А дети — это наше будущее.

Я всегда помогал детским домам лично, а основав свою компанию, могу теперь брать большую ответственность и изменять их жизнь, делать ее немного лучше, ведь каждый ребенок заслуживает детства без невзгод, детства, в котором есть только светлые моменты.

В планах на будущее есть проекты для помощи различным социальным группам, особенно тем, кто оказался в беде и остался без работы. Любому человеку можно помочь, особенно если обеспечить его работой, тогда он восстановится и найдет смысл, желание к действию.

Обратите внимание

Могу сказать одно: чем прочнее будет позиция «ПримНефтьСнаба», тем больше мы будем брать социальных обязательств. Это мое личное убеждение, и оно неразрывно поддерживается внутри компании.

Насколько важно представителям бизнес-сообщества участвовать в развитии города/региона?

—А как возможно не участвовать? Я не сторонник краткосрочных перспектив. Бизнес не должен быть единичным проектом для того, чтобы заработать деньги здесь и сейчас и поставить точку. Нужно стремиться к обретению дела своей жизни, а для этого нужно вносить свой вклад в развитие общества.

Помогать развиваться сотрудникам, брать студентов на стажировку, подключаться к общественно значимым проектам.

Если у тебя есть силы и возможности, то как можно сидеть сложа руки? Чтобы почувствовать себя состоявшимся человеком, мужчиной, бизнесменом, нужно думать не только об увеличении зарабатываемой массы денег, но и о созидании, об изменении, пусть не всего мира, но той части, в которой ты живешь, в лучшую сторону.

Контакты

Insatgram: @primneftsnab

Почта: office@primneftsnab.ru

Сайт: primneftsnab.ru

Телефон: 8 (423) 262-08-01; 276-81-81.

Источник: https://primpress.ru/article/20779

Владимир седов: я научился бизнес делать мягко / блог / журнал chief time — черноземье

Основатель «Асконы», крупнейшей фабрики по производству ортопедических

матрасов в Восточной Европе, рассказал редактору Chief Time о том, чем антрепренер отличается от менеджера, какое педагогическое фиаско пережил в своей компании и как научился мягкости в бизнесе.

Читайте также:  Как открыть барбершоп: подробная инструкция


Скажите, пожалуйста, как часто вы себя хвалите? И за что?

Часто. Например, за хорошие спортивные результаты. Недавно я в первый раз выиграл международный турнир по гольфу! Семь лет к этому шел. И всегда хвалю свою интуицию. Может быть, таким образом ее подкармливаю, потому что все-таки я по сути антрепренер – не топ-менеджер, а предприниматель. Первый от второго отличается наличием интуиции. Мы идем туда, куда никто не идет или не ходил.

А что в корне интуиции?

Интуиция подсказывает мне только те вещи, которые делать приятно. Никогда не получалось так, чтобы интуиция подтолкнула к чему-то, а я этого не хочу.

Думаю, в ее основе – мой внутренний запрос и мой же ответ. Но это неосознаваемые процессы. А результат – интуитивно правильные решения.

за двадцать пять лет еще не было ни одного неудачного проекта, и это уже нельзя назвать просто случайностью.

И как часто на этом пути совершаете ошибки?

Для меня существует только один класс ошибки. Это или ошибка в людях, или ошибка твоего отношения к людям. Все остальное даже ошибками назвать нельзя: финансовый промах – это не ошибка. Шаг, который приведет к каким-то стратегическим ущербам для предприятия, – тоже не ошибка, это поправимо. Бизнес делают люди, это главный ресурс, поэтому ошибки могут быть только по отношению к персоналу.

Как вы исправляете ошибки?

Слава богу, непоправимых было немного. У меня есть несколько неприятных личных моментов, когда у человека могла бы жизнь сложиться по-другому, если бы я не ошибся. То есть человек рос, рос, и я как руководитель ошибся, подтолкнув его сделать еще один шаг к росту.

Должен был понять, что для него либо никогда, либо не сейчас, но рискнул, а человек поднялся и не справился. На пике этом не работает, а вниз спускаться не может. Что делать? Забирая позицию, важно сохранить хорошие отношения. Мы так делаем, даже зарплату оставляем прежней. Всего таких ошибок было три. Я их наизусть помню.

Важно

Это моя неправильная оценка ситуации, а для людей она была определенным этапом в жизни, может, даже проявлением судьбы.

Еще одна трудность касалась людей, начинавших работать со мной с истоков. Я им благодарен безмерно. Но они в определенный момент уже не вписывались в рамки компании. По той простой причине, что не выросли настолько быстро, насколько быстро выросла компания. Это нормально.

Не каждый человек может расти. Да и не должен. как же быть с ними? Если поступить просто, по-бизнесменски, то это: спасибо, медаль, орден, до свидания. Но таким шагом я бы дал мессидж всем, кто работает со мной: сегодня ты нужен, но завтра тебя как шлак выкинут за ворота.

Какой была бы лояльность моих коллег ко мне, к делу? А между тем я видел, что еще год-два, и полтора десятка человек вылетят из обоймы. Они это и сами понимали, как-то ко мне пришли: «Слушай, Михалыч, мы же не идиоты: сидеть, деньги получать, ничего не делая. Мы так не можем.

Давай лучше уйдем без обид?».

И чем закончилось?

Мы приняли общее решение. Люди, которые начинали по складу своему – стартаперы. Им интересны новые бизнесы, которые сейчас появляются. Мы решили, что стартами новых идей заниматься будут именно они. И мессидж получился другой: персонал нам дорог, это главный ресурс, которым мы не раскидываемся.

Как вы с собой разговариваете в подобные трудные моменты?

Я стараюсь не с собой разговаривать, а с кем-то. У меня есть несколько очень близких людей, с которыми можно обсудить сложное. Ну, а потом… на ошибках учатся. И я тоже. Поэтому выводы сделаны. Например, я понял, что не очень хорошо знаю свой персонал.

В этом смысле показательным был пожар (пожар, уничтоживший предприятие В. Седова в 2006 году – прим. ред.). До этого момента каждый человек имел в моих глазах свой карьерный, озвученный и неозвученный, план.

А после пожара получилось так, что люди, которым я планировал большую дорогу, зашли в тупик и не имели возможности расти дальше.

Совет

По образованию и по своей сути я педагог, потому для меня это стало внутренним педагогическим фиаско. Я думал, что все знаю, а оказалось, что я еще до сих пор ничего не знаю. Еще один вывод я сделал из своих ошибок. Весьма полезно устраивать стресс-тесты для сотрудников: умышленно предлагать человеку нестандартную ситуацию, чтобы, если у него внутри что-то есть, это стало явным.

Как к таким стресс-тестам относятся ваши коллеги?

Они готовы к тестам. Если компания прирастает от 35 до 65% в год на протяжении последних десяти лет, значит, менеджеры должны на столько же прирастать по своим качествам.

Много лет назад по этому поводу я задал вопрос своему другу, который в свое время был президентом крупной компании: как «покупать» персонал? Его ответ я до сих пор помню дословно: «Ты считаешь, что твой менеджер не справится, потому что ты его знаешь.

Но считаешь, что другой справится, потому что ты его не знаешь. Расти своих».

И не берете со стороны?

Стороннего управленческого персонала в компании нет. Люди появляются только в том случае, если я как генеральный директор совершил ошибку. Допустим, в свое время не позаботился о том, чтобы усилить сферу маркетинга, и менеджер в этом провалился. Здесь я себе ставлю минус.

В таком случае мы берем человека со стороны. Но четко понимаем, на что берем: на конкретную задачу, на конкретный период времени. И плюсом к задаче говорим, что он должен подготовить себе из нашего персонала адекватную замену. Получается, и задачу решаем, и обучаем своих.

На каких принципах строятся отношения между вашими сотрудниками?

Точно не на конкуренции. Это неэффективно, это разрушает компанию. Конкуренция хорошо работает на внешнем рынке, но внутри бизнеса – нет. Содружество – тоже не то. Пожалуй, для меня важен принцип стратегии. есть цель – и все туда идем. главное, чтобы движение было поступательным.

А контролируется все довольно просто: когда цель поставлена, мотиваторы найдены, то каждый понимает, куда и зачем идет. И когда мы достигаем цели, надо ставить следующую – потяжелее, посложнее.

Чтобы драйв был, чтоб эмоции были. Иначе сотрудники начнут смотреть по сторонам: искать эмоции у другого работодателя. Для себя я уже давно бы не растил компанию. Сегодня сотрудники заставляют меня ее растить.

Их мотивация служит и моим драйвером роста.

В какой стадии бизнеса вам комфортнее?

Обратите внимание

Мне непросто чувствовать себя в бизнесе комфортно – для меня в нем нет новизны. На самом деле ничего не меняется, в какой бы сфере ни начать бизнес: услуги, производство, торговля… ты же в одной среде находишься, в одном законодательном поле, в одних эмоциях, в одной политической обстановке.

Единственное, чем я сейчас увлекся, – это социальный проект. Интересно сделать социалку не просто окупаемой, а приносящей прибыль. Мне говорят: «как ты можешь на социалке заработать?». И вот тут у меня появляется азарт.

и двухмиллиардные инвестиции в строительство больницы, после которых про меня в городе говорили, что я умом тронулся.

Вы помните первое ощущение, когда получилось выдохнуть: «Я и моя семья защищены»?

Что такое «семья защищена»? Наличие денег не защищает семью. Можно иметь спокойные семейные отношения, не имея вообще ни гроша в кармане. Это другая история. А для финансовой обеспеченности на самом деле не так много надо денег. Большие деньги – это тот еще «головняк», простите.

Я помню первое ощущение успеха, после которого наступили два года депрессняка.

В тридцать лет, когда я вошел в бизнес, у меня была простая цель: я должен быстрее, чем мой отец, заработать на квартиру и машину. Цель я себе поставил лет на пятнадцать. Это были 1990-е годы.

Но все намеченное состоялось быстрее, чем я успел придумать следующую цель. И образовалась пустота. Сложный был период. Вообще, просто капут.

С тех пор у меня сформулировано железное правило: «задолго до достижения цели ты должен понимать, какой будет следующая». Потому что самое страшное – это когда шел-шел и пришел. Опа, и все. Планы всегда должны быть. Один план личный, другой – служебный. По крайней мере, мне намного спокойней, когда я знаю свою дорогу.

Развивая свое дело, какие уроки вы усваивали?

Мы с партнерами всегда шли по бизнесу так: «кормим» сначала дело, а потом себя. Почему в России много бизнесов распадается? Почему из малой компании очень редко переходят в среднюю? А из средней почти никогда – в крупную? Потому что собственники начинают «кормить» себя раньше, чем надо.

Важно

Оглядываясь назад в свою историю, могу сказать, что только где-то спустя десять лет хорошего пахотного труда первый раз можно «покормить» себя. Но сейчас огромное количество примеров, когда – классное начало, разбег прекрасный, а потом… «конюшня» машин и дома за границей. А бизнес уже недофинансируется.

И как только падает темп роста, дело умирает.

Если бы, допустим, десятилетнему Вове Седову показать Владимира Михайловича Седова из будущего, из нашего настоящего…

Я бы не поверил, это точно. Это нереально. Я таких планов не ставил. И в бизнес по безрассудству попал. Просто ничего не знал, поэтому пошел. Если бы я знал то, что знаю сейчас, не пошел бы.

У нас страна не очень комфортная для ведения бизнеса. Если с точки зрения теории бизнеса и прибыли, то комфортная.

Но она некомфортна для руководителя, для управленца, потому что ты всегда чувствуешь государственное давление.

Всегда понимаешь, что есть политические игры, в которые тебе приходится косвенно влезать. Но лезть туда неохота. Поэтому, если бы мальчик Володя все это знал… то, повзрослев, он бы в школе продолжал работать. И квартиру, в конечном итоге, как-нибудь бы получил, и машину купил бы.

Но вы все равно пошли в бизнес…

Потому что так сложилось… Заводы решили вскладчину построить спортивный комплекс. А я в этом отношении был спортивно-патриотически активным физруком. И мне предложили заниматься оргвопросами. Идея понравилась, и я ушел из школы. Но буквально через полтора года изменилась финансовая ситуация.

Заводы не смогли финансировать проект дальше. Куда мне было деваться через эти полтора года? Нужно было как-то выкручиваться. Так вот и пошел в бизнес. Самый хороший, кстати, вариант: загнать себя в угол, если хочешь найти решение. Что только не делали: джинсы варили, гамаки плели, помидорами торговали.

Пока не нашлась идея основного бизнеса.

Когда уже осознанно во все это окунулись, какие слабые места обнаружились сразу?

Это были обычные рабочие моменты, связанные исключительно с уровнем образованности. У меня образование физкультурно-педагогическое, тупее не бывает. Но с этим справился банально быстро: нашел дядьку, который преподавал менеджмент и экономику. За три месяца освоил с ним вузовскую программу. Английский сам выучил. Мы вообще немного белые вороны в бизнесе.

Совет

Окружающие часто пытаются разглядеть подвохи с нашей стороны, потому что привыкли считать, что бизнес в большинстве своем достаточно агрессивный и жесткий. Меня смягчил американский друг много лет назад.

Как-то он присутствовал на классических переговорах русских, а потом говорит: «Я что-то понять не могу, почему вы так бизнес делаете? Нужно бизнес делать красиво, с улыбкой, с компромиссом». И продолжает: «Вот точка одна, вот вторая, покажи мне компромисс между ними. Где он?». Я показываю точку в середине, как и все. А он отвечает, что это неправильно.

А правильно – это партнеру уступить чуть больше и продвинуть свою «точку» к нему ближе. И он поступит так же. А вот область между этими двумя «точками» – и есть компромисс. Тогда я сомневался, что с нашими так выйдет. Но друг убедил меня попробовать. У нас как раз была нижегородская компания в партнерах, и с ней мы поступали по-русски жестко.

Однажды этот партнер звонит мне и начинает что-то спрашивать про уступки. Думаю, ну ладно, попробую. И сообщаю партнеру, что мы готовы предложить даже более лояльные условия, чем те, о которых он просит. Я был в шоке от того, что сказал. Он – в еще большем шоке от того, что услышал. А через два месяца я получил результат, от которого просто обалдел.

Он вернул в сто раз больше, чем я ему дал. Я научился бизнес делать мягко. И теперь не боюсь возможных потерь. Где-то потеряешь, а где-то найдешь. Есть потери из-за мягкости. Но преимуществ от нее гораздо больше.

Источник: https://www.chief-time.su/blog/post/455

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector