Экспорт древесины из россии в 2019 году

Идея запретить экспорт необработанной древесины из России очень популярна

Идея запретить экспорт необработанной древесины из России очень популярна: под петицией о таком запрете на change.org уже собрано около шестисот пятидесяти тысяч подписей, в Государственной Думе ждет своего рассмотрения законопроект о косвенном запрете экспорта, а председатель Совета Федерации В.И.

Матвиенко 12 февраля 2019 года предложила остановить на какое-то время вывоз леса за границу.Однако, остается вопрос: действительно ли запрет на экспорт необработанной древесины может спасти российские леса от варварских опустошительных рубок?По предварительной оценке, объем законной заготовки древесины в России в 2018 году составил около 220 миллионов кубометров (в 2017 году – 212,4 млн.

кбм). Согласно недавнему постановлению Совета Федерации от 30 января 2019 года № 17-СФ, объем использованной для переработки, экспорта и внутреннего потребления древесины превышает объем законного лесопользования на 16 процентов.

Обратите внимание

Эти данные, скорее всего, существенно занижены и недооценивают потери заготовленной древесины, но даже если их принять, общий объем заготовки древесины в России составит примерно 255 миллионов кубометров.

Согласно экспресс-информации Федеральной таможенной службы, за 2018 год из России было экспортировано 19,0 миллионов кубометров необработанной древесины (“лесоматериалов необработанных, с удаленной или неудаленной корой или заболонью, или грубо окантованные, или неокантованные” – код 4403).

Эти данные, скорее всего, близки к реальности – во всяком случае, они гораздо ближе к реальности, чем данные о заготовке и перемещении древесины внутри страны.

 По этим данным получается, что в необработанном виде в 2018 году было экспортировано примерно 8,6% от официального объема заготовленной в России древесины, или примерно 7,4% от объема заготовленной древесины с учетом оценочных объемов воровства леса.

Если считать, что воруют больше (до 20-25% от общего объема заготовки) – то доля того, что уходит на экспорт в виде “кругляка”, будет еще меньше: 6,5-6,9 процентов.Очевидно, что такое сокращение принципиально не изменит ни масштабы лесопользования в России, ни его последствия.

Его влияние будет реально заметным только в некоторых самых близких к границе районах, откуда основная часть древесины вывозится за границу в необработанном виде; на большей же части территории страны это влияние будет совсем незаметным. Более того: во многих случаях это влияние будет быстро скомпенсировано ростом производства полуфабрикатов – главным образом пиломатериалов.

Таким образом, запрет экспорта необработанной древесины хотя и может сократить объемы заготовки древесины в российских лесах, но в целом по стране совсем не сильно (на 6,5-8,6 процентов), и, скорее всего, совсем ненадолго, поскольку ограничения на экспорт “кругляка” быстро компенсируются ростом экспорта лесных полуфабрикатов.

 Вообще, сейчас в российском лесном экспорте абсолютно преобладает не необработанная древесина, а продукция ее первичной переработки. Согласно экспресс-информации Федеральной таможенной службы, за 2018 год из России было экспортировано 19,2 миллионов тонн пиломатериалов (код 4407).

Важно

Массу пиломатериалов можно лишь примерно пересчитать в объем, а объем – лишь примерно в объем использованной для лесопиления необработанной древесины. 19,2 миллионам тонн экспортированных пиломатериалов соответствует примерно 60-65 миллионов кубометров сырья – необработанной древесины.

Кроме того, за 2018 год из России было экспортировано 2,1 миллиона тонн древесной целлюлозы (коды 4702-4704) – это примерно соответствует десяти миллионам кубометров заготовленной древесины. Таким образом, всего на экспорт в виде основных лесных полуфабрикатов – пиломатериалов и целлюлозы – уходит примерно треть от общего объема заготавливаемой в России древесины.

Это, разумеется, приблизительные оценки, но они вполне отражают соотношение масштабов экспорта разных видов лесной продукции.А возможен ли вообще такой запрет? Теоретически – возможен, но практически – лишь на ограниченное время, да и то неполный.

Связано это прежде всего с тем, что Россия в 2012 году вступила во Всемирную торговую организацию, и теперь должна соблюдать как общие правила ВТО, так и договоренности, которые были достигнуты при вступлении.

Действующее российское законодательство, учитывающее все эти нормы, позволяет вводить лишь временные (до полугода) ограничения или запреты экспорта на отдельные товары, которые являются существенно важными для внутреннего рынка РФ. Прямо сейчас (с 1 января по 30 июня 2019 года) действует такое ограничение на бревна из березы диаметром не менее 15 сантиметров, введенные постановлением Правительства РФ от 17 июля 2018 г. № 836 – для них установлен ограниченный объем возможного экспорта (квота). Теоретически такие же ограничения и даже запреты могут вводиться и для других видов необработанной древесины, но тоже на срок до полугода. Кроме того, для основных пород хвойной древесины действуют разные вывозные пошлины в рамках установленных тарифных квот, и вне этих квот – это прямой результат договоренностей, достигнутых при вступлении в ВТО. Теоретически возможен также косвенный запрет экспорта через введение каких-либо хитрых ограничений на какие-либо предшествующие экспорту действия. В Государственной Думе рассматривается такой законопроект (№ 470635-7), согласно которому “до 31 декабря 2030 года заготовка деловой древесины хвойных пород (сосны, ели, пихты, кедра и лиственницы), допускается только в целях переработки на территории Российской Федерации либо использования без переработки на территории Российской Федерации”. Но практически он или будет обходиться с помощью коррупционных схем, или будет восприниматься так же, как прямой запрет. 13 февраля 2019 года Государственная Дума уже в двенадцатый раз отложила запланированное рассмотрение этого законопроекта в первом чтении, и, скорее всего, рано или поздно отклонит его совсем.

Запрет на экспорт основных лесных полуфабрикатов – пиломатериалов и целлюлозы – вряд ли возможен в принципе, поскольку многие предприятия, производящие эти виды продукции, являются градообразующими, от них в общей сложности зависит экономическое благополучие сотен тысяч работников и членов их семей, и вряд ли кто-либо из власть имущих решится остановить работу таких предприятий.

Что же делать, если даже запрет на экспорт необработанной древесины не поможет спасти российские леса?Главная беда наших лесов – в том, что их используют для заготовки древесины самыми варварскими способами, без реального воспроизводства ценных лесов на месте вырубленных, и без эффективной защиты от непроизводительных потерь в результате пожаров и прочих тому подобных бедствий. Поэтому и добиваться нужно в первую очередь того, чтобы возможность использования лесов напрямую зависела от правильного обращения с ними. В частности, необходимо, чтобы установленные объемы заготовки древесины по лесным участкам автоматически пересчитывались и сокращались:- пропорционально доле ранее вырубленных площадей, на которых не удается обеспечить воспроизводство ценных хвойных и твердолиственных насаждений;- пропорционально потерям этой древесины в результате лесных пожаров, болезней, вредителей, незаконных рубок и по другим тому подобным причинам;- пропорционально доле площади, по которой отсутствуют достоверные и актуальные данные о состоянии лесов и результатах прошлого хозяйства в них.При этом лесопользователи, ведущие качественное лесное хозяйство и улучшающие состояние лесов, должны, наоборот, получать дополнительные возможности, льготы и даже субсидии от государства – особенно если они будут вовлекать в лесное хозяйство разнообразные бросовые и деградированные земли.Кроме того, необходимо сохранить максимально возможную площадь доживших до наших дней остатков дикой лесной природы – малонарушенных лесных территорий (нефрагментированных инфраструктурой и не затронутых промышленным природопользованием последних 70-90 лет лесных массивов площадью 50 тыс. га и более). Эти территории имеют ключевое значение для сохранения как биологического разнообразия, так и климаторегулирующей роли лесов.А в качестве самого первого и абсолютно необходимого шага надо уничтожить систему лесной лжи – тотального искажения и сокрытия практически всей значимой информации о лесах для создания иллюзии относительного благополучия лесной отрасли и относительно приличной работы отвечающих за нее ведомств и чиновников.

Добиться этого сложно – зато решение этих задач реально поможет сохранить наши леса, и перейти от их разорения и уничтожения к восстановлению и улучшению.

Источник: https://bizon.ru/news/view/news_id/483859

Рост цен на древесину в 2019 году повлияет на стоимость деревянной тары

В следующем году ожидается традиционный рост цен на древесину, что скажется на цене паллет. Почему природный ресурс дорожает, как повышение цены повлияет на поставщиков и ритейлеров и как сократить расходы участникам рынка за счет перехода на систему пулинга многооборотной тары — в материале Retail.ru.

В конце 2017 года Дмитрий Медведев подписал Постановление № 1363, согласно которому с 2018 года ставки на заготовку древесины увеличились на 44 % по сравнению с 2017 годом. Следующий, 2019 год не станет исключением – произойдет плановое повышение цен на лес.

Если в 2018 году ставка платы на лесозаготовку применялась с коэффициентом 2,17, то в 2019 году коэффициент вырастет до 2,38, а в 2020 году — до 2,62.

Совет

Установление таких коэффициентов и их постепенное увеличение связано с существующей системой финансирования лесного хозяйства и желанием сделать отрасль безубыточной для федерального бюджета, отмечает Алексей Ярошенко, эксперт и руководитель лесного отдела «Гринпис» России на официальном форуме организации.

На повышение ставок повлияло также поручение Президента РФ от 31 января 2017 года привести численность государственных лесных инспекторов в соответствие с нормативами патрулирования лесов к 1 мая 2017 года. Краткосрочная программа рассчитана на 3 года, а средства на ее реализацию (около 8,7 млрд рублей) не предусмотрены бюджетом.

Также на повышение цены древесины влияют такие экономические факторы, как:

  • Возможный рост цен на бензин после повышения акцизов на топливо в 1,5 раза с 1 января 2019 года. Такие данные приводятся в заключении Счетной палаты РФ на проект федерального закона о бюджете на 2019–2021 годы. Поскольку добыча и перевозка леса осуществляются спецтехникой и автотранспортом, повышение цен на топливо напрямую влияет на розничную цену древесины.
  • Повышение НДС с 18 % до 20 % с 1 января 2019 года. Повышение налоговой базы напрямую скажется на предприятиях – заготовителях древесины, которые в большинстве своем работают с НДС, что соответственно повлечет за собой рост цен на конечные изделия.
  • Снижение ВВП и ускорение темпов роста инфляции. По прогнозам РБК, в 2019 году уровень ВВП снизится до 1,3 %, а инфляция достигнет 5 % (по итогам августа текущего года показатель инфляции составлял 3,1 %). Ускорение темпов инфляции связано с курсовой волатильностью, изменением геополитических факторов, новыми санкциями против России, повышением цен на товары и с другими факторами, согласно Докладу о денежно-кредитной политике Центрального банка.
Читайте также:  Причины, по которым нельзя начинать бизнес с партнером

Как повлияет рост цены древесины на ритейлеров и производителей

Изменение стоимости сырья неминуемо скажется на всех игроках рынка — от заготовителей древесины до производителей деревянных паллет, а также на тех, кто использует тару в своей деятельности.

Рост стоимости единицы деревянной тары может привести к тому, что рыночные игроки будут вынуждены повышать стоимость товаров, что в итоге скажется на конечном потребителе.

Производители, отправляя изделия на паллетах ритейлерам, часто включают тару в общую стоимость груза. Ритейлер (компания, занимающаяся продажей различных товаров конечному потребителю. В этом главное отличие от фирмы-посредника и оптового торговца), чтобы сохранить маржу, вынужден пропорционально увеличивать цену товара на полке.

Покупатель также стремится сэкономить и выбрать SKU по более привлекательной цене. Получается некая «круговая порука», которая, в конечном счете, может повлиять на продажи ритейлеров и объемы поставок от производителей.

Если производитель выбирает путь возврата паллеты от ритейлера, то несет определенные расходы по транспортировке пустой тары со склада или РЦ ритейлера, ее ремонт, учет, администрирование, хранение и т.д.

Для ритейлера пустая тара на складе — это дополнительные расходы на хранение, сортировку, администрирование, возврат поставщикам и другие.

Кроме этого, тратится значительное количество времени на взаимный учет баланса между поставщиком и ритейлером и урегулирование вопросов качества возвратной тары (часто производители предъявляют претензии ритейлерам относительно технического состояния паллет при их возврате).

Как можно сократить издержки при работе с деревянной тарой за счет системы пулинга

Сэкономить средства как ритейлеру, так и производителю возможно за счет системы оборота тары — пулинга паллет. Пулинг позволяет брать тару в пользование, а не покупать ее. Основное преимущество системы — возможность клиентам дополнительно сократить административные и операционные издержки, связанные с восполнением запаса паллет, их закупкой, ремонтом, возвратом, учетом и другие.

Также, согласно закону № 89-ФЗ «Об отходах производства и потребления», с 2018 года вводится дополнительный налог на утилизацию деревянной тары, если она висит на балансе компании, – экологический сбор.

Данный налог рассчитывается посредством умножения ставки экологического сбора (в данном случае ставка группы товаров «Тара деревянная» за 1 тонну составляет 3066 руб.) на массу упаковки и на норматив утилизации, выраженный в процентах.

Обратите внимание

При этом рост последнего множителя составляет 5 % в год (в 2018 году норматив утилизации составлял 10 %, в 2019 году — 15 %, в 2020 году — 20 %). Другими словами, сервис пулинга позволяет сократить издержки и объем налоговой базы организации, которая растет год от года, передав компании-оператору всю работу, связанную с управлением оборотной тарой.

Еще одна возможность сэкономить при переходе на систему пулинга — фиксированная цена паллет на весь период, которая оговаривается в договоре с компанией.

Иначе говоря, стоимость пользования паллетами для клиентов компании не изменится, несмотря на увеличение цен на деревянную тару в течение года.

Конечная цена на услуги пулинга рассчитывается, исходя из объемов поставок тары, списка контрагентов и их географического расположения.

-//-

Пользование многооборотной тарой — это возможность не только сократить расходы участникам рынка, но и сохранить лесные богатства.

Новый Лесной кодекс, который был разработан в 2003–2006 годах, принес лесному сектору «неисчислимые беды» за счет смещения акцентов с восполнения и развития лесного хозяйства на добычу древесины, отмечает Алексей Ярошенко из «Гринпис» в своей авторской колонке на сайте организации.

Источник: https://proderevo.net/news/indst/rost-tsen-na-drevesinu-v-2019-godu-povliyaet-na-stoimost-derevyannoj-tary.html

Как не сгубить лесной экспорт

В Амурской области открылся Центр поддержки экспорта. Новая структура собирается всячески помогать амурскому бизнесу: как выходить на рынки, снимать экспортные барьеры, находить партнеров, продавать продукцию и получить господдержку и т. д.

Оценить возможности регионального экспорта мы попросили председателя Союза промышленников, предпринимателей и работодателей Амурской области Валерия Паршинкова. И почти сразу вышли хоть и на узкую, но животрепещущую для региона тему.

Тормоза и блоки

– Как вы в целом оцениваете экспортный потенциал региона?

– Он сегодня используется не в полной мере. Мы могли бы заметно увеличить объемы поставок, к примеру, зерновых и лесной продукции.

А учитывая состояние амурской лесосырьевой базы, разрозненность лесных участков для промышленной заготовки древесины, нам нужно усилить в отрасли роль малого и среднего предпринимательства.

Важно

Именно на него приходится основной объем договоров аренды лесных участков для заготовки древесины. Но соответствовать требованиям Правил по доле обработанной древесины в структуре экспорта мы не можем из-за слабой технической оснащенности.

Мы должны развивать свою лесопереработку – это перспектива отрасли и значительная добавочная стоимость. Но для развития нужно время, благоприятные условия и инвестиции. Считаю, что в этом направлении и надо активизировать работу Центра поддержки экспорта.

– А что вообще тормозит развитие лесной отрасли?

– Основная проблема – высокие транспортные расходы на перевозку, которые занимают порядка 30% в стоимости лесопродукции. Это немалая цифра. Так, ж.-д. тариф за последние три года вырос на 20%, а ставка собственников за аренду подвижного состава – более чем вдвое.

30% цены лесопродукции – расходы на перевозку.

Вторая проблема – отгрузка леса из области. Ж.-д. составы в дефиците, далеко не все заявки грузоотправителей РЖД удовлетворяет. Так, за второй квартал нынешнего года выполнено только 39% заявок. Остальной заготовленный кругляк и пиломатериалы лежат месяцами, теряя товарный вид. А бюджет теряет десятки миллионов рублей.

Третья проблема остро проявится с января 2019 г. из-за принятого в декабре 2017-го Постановления Правительства РФ № 1520 «О тарифных квотах на отдельные виды лесоматериалов, вывозимых за пределы территории РФ в третьи страны». С 2019 по 2021 год пошлины для нас будут планомерно повышаться до 80%.

Причем для получения этих тарифных квот в 2018 г. требованиям Правил по доле экспорта продукции переработки соответствовали лишь три амурские организации.

Но долги по налогам на 1 февраля помешали им получить квоты. При этом в постановлении даты представления документов для получения квоты нет.

А это очень важно, потому что, например, 1 января этого года долгов по налогам у компаний не было.

Ну и кадры – очень сложно найти специалистов в глубинке, в тяжелых климатических условиях. Многие предприятия области вынуждены заполнять кадровый пробел гражданами из Северной Кореи. Но из-за санкционной политики в отношении КНДР квота работников на 2018 год для Приамурья не выделена.

– Как на лесной экспорт влияют таможенные пошлины?

– С учетом постепенного увеличения ставок вывозных пошлин к 2022 г. можно прогнозировать, что снизится и экспорт необработанной древесины, и задекларированная стоимость продукции, и количество самих экспортеров. К чему это может привести? К блокированию работы предприятий малого и среднего бизнеса, развитие которых напрямую связано с социально-экономическим развитием области.

Сворачиваемся?

– Планируются ли какие-то изменения в правилах лесозаготовки?

– В разработке сейчас Постановление Правительства РФ о временном ограничении с 1 декабря 2018 по 31 мая 2019 г. вывоза бревен из березы, а также выдачи на этот период разовых лицензий на экспорт. Так вот, данное постановление – это инициатива предприятий (и не дальневосточных!), которые в своем производстве используют березу.

Совет

А нужно понимать отличие в товарной структуре березы, скажем, сибирской, карельской и дальневосточной. Наша береза на 90% – балансовая, с так называемым ложным ядром. Расчетная лесосека Амурской области по мягколиственному хозяйству – 5,7 млн кубометров.

А фактическая ежегодная заготовка – чуть более 400 тысяч кубов, это 8% от всех запасов. От основных перерабатывающих березу отечественных производств мы далеко, да и качество сырья низкое. А Китай, основной рынок сбыта, – через реку.

И вот тут это постановление об ограничении экспорта! И если к регионам Дальнего Востока не применять индивидуальный подход, лесная отрасль у нас будет сворачиваться в ускоренном темпе.

– И как быть в создавшейся ситуации?

– Все проблемы, что я перечислил, – дорогостоящий и дефицитный подвижной состав, неразвитость транспортной инфраструктуры, квоты на древесину, трудности с кадрами – привели к идее создать в области таможенно-логистический центр по переработке продукции, причем не только лесной, но и сельскохозяйственной. Также выпускать стройматериалы, создав при этом свою транспортную компанию для международных перевозок. А если центр расположить на территории опережающего развития «Приамурская», то предпринимателей еще и освободят от налогов на первые пять лет, а в дальнейшем они получат преференции.

Что экспортируем?

Какие товары и сырье и на какую сумму вывезены из Приамурья в 2018 г.

Товары и сырье $ США
ВСЕГО 229,3 млн
Продовольственные товары и сырье 111,5 млн
Минеральные продукты 94,9 млн
Топливно-энергетическая продукция 94,9 млн
Древесина и целлюлозно-бумажная продукция 20,7 млн
Продукция химической промышленности, каучук 968,4 тыс.
Машиностроительная продукция 792 тыс.
Текстиль, обувь 166,6 тыс.
Кожевенное сырье, пушнина 152 тыс.
Металлы и изделия из них 3,2 тыс.
Прочие товары 18,7 тыс.

Экспорт леса и лесоматериалов в 2018 г.:

– всего – 315 тысяч кубометров

– необработанная древесина – 284 тысячи кубометров

– распиленные лесоматериалы – 31 тысяча кубометров

Данные Дальневосточного таможенного управления

Источник: https://2×2.su/society/article/kak-ne-sgubit-lesnoy-eksport-143884.html

Минприроды грозит запретить экспорт древесины в Китай

Россия до сих пор никогда не запрещала экспорт древесины, комментирует гендиректор Lesprom Network Алексей Богатырев

Юрий Смитюк / ИТАР-ТАСС

Китай как крупнейший потребитель российской древесины должен помочь России решить проблему лесовосстановления, в том числе из-за деятельности «черных лесорубов», заявил в среду, 7 ноября, министр природных ресурсов и экологии России Дмитрий Кобылкин.

«Я китайским коллегам сказал: давайте построим 10-20 семеноводческих комплексов на территории России за ваши деньги, – передал ТАСС слова министра во время выступления в Совете Федерации. – Вам нужен лес – восстанавливайте нам лес».

«Если мы в ближайшее время не наведем порядок, в том числе со стороны Китая, мы закроем экспорт древесины в Китай полностью», – пригрозил министр.

Читайте также:  Как организовать производство моментальной пиццы: бизнес-идея, вложения: от 321434 руб.

Но затем уже более осторожно добавил: «Я не говорю, что это нужно сделать, но, наверное, так придется поступить на какой-то период времени».

Спикер Совета Федерации Валентина Матвиенко отнеслась к идее скептически. «Мы ждем программу, межведомственную, какую угодно, жестких, серьезных мер. Поверьте: ни Китай, никто нам не поможет, если мы у себя внутри не наведем порядок», – сказала она.

По итогам первого полугодия 2018 г. в России зафиксировано около 7400 фактов незаконной рубки леса (минус 3% по сравнению с аналогичным периодом 2017 г.) общим объемом 470 600 куб.

м (минус 27%), приводил данные в сентябрьском интервью ТАСС руководитель Рослесхоза Иван Валентик.

«Максимум незаконной рубки приходится на Иркутскую область, где фиксируется более 65% ее объемов в стране», – пояснял он.

Для сравнения: по данным ФТС, общий экспорт необработанной древесины из России в 2017 г. составил 19,4 млн куб. м, более 66% поставок (12,9 млн кубометров) пришлось на Китай. На втором месте с 26%-ной долей – Финляндия. На остальные страны (Швеция, Казахстан, Япония и проч.) приходятся доли в 2% и меньше.

Обратите внимание

Россия до сих пор никогда не запрещала экспорт древесины, комментирует гендиректор Lesprom Network Алексей Богатырев, хотя грозила запретом в 2009 г.

Вряд ли экспорт будет перекрыт и сейчас, тем более что страна – член ВТО, а Китай – главный потребитель российского круглого леса; куда более эффективный метод – повышение пошлин, считает он.

Такой подход уже обеспечил сокращение экспорта необработанной древесины и создание большого числа перерабатывающих мощностей в стране. Переломный момент произошел в 2007 г., когда экспортные пошлины выросли в разы на разные породы деревьев – вплоть до 100 евро за кубометр.

После вступления России в ВТО размер пошлин снизился примерно вдвое в рамках обязательных экспортных квот (до 7-13% от цены), а сверх этих объемов остались на высоком уровне – 80% от цены, но не менее 55 евро за кубометр, что обеспечивает поставкам круглого леса за рубеж мизерную рентабельность, отмечает Богатырев.

Риск ограничений экспорта может побудить Китай вложиться в создание лесных плантаций в России, соглашается Богатырев. Проблему же «черных лесорубов» это вряд ли решит.

Без ужесточения контроля они продолжат продавать лес на местном рынке, поскольку сами экспортом не занимаются. Зато проблемы возникнут у тех компаний, которые начинают реализовать проекты по переработке древесины, предупреждает Богатырев.

Ведь на первом этапе, пока строится завод, инвестор возвращает часть вложений за счет экспорта круглого леса.

Запрет на экспорт необработанной древесины был бы логичным решением, соответствующим стратегии России в леспроме – увеличению глубины переработки, считает человек, близкий к одному из российских лесопромышленных холдингов.

Важно

Segezha Group (входит в АФК» «Система») «обсуждает с китайскими партнерами только варианты комплексного освоения расчетной лесосеки с обязательным лесовосстановлением, включая в состав инвестиций всю необходимую инфраструктуру, в том числе лесные питомники и технику для выращивания и ухода за лесом», передал «Ведомостям» руководитель дирекции по связям с государственными органами Segezha Group, вице-президент Российского союза лесопромышленников и лесоэкспортеров Николай Иванов. «Уверен, все потенциальные решения по запрету лесоэкспорта в Китай, если и будут приниматься, то только в рамках и на платформе утвержденной Стратегии развития лесного комплекса России до 2030 г., – отмечает он. – В отношении запрета вывоза круглого леса лесопромышленники «за» двумя руками. Но китайский рынок, несомненно, представляет огромный интерес для ответственных лесопромышленников по всем традиционным продуктам: пиломатериалы, фанера, целлюлоза, бумага и т. п. От экспорта готовой продукции зачастую зависит экономическое благополучие наших лесных регионов».

В целом, замечает Иванов, «главные игроки российского лесоэкспорта являются цивилизованными и публичными лесопользователями».

«Они соблюдают все нормы действующего законодательства, активно восстанавливают лес, сертифицируют леса и технологии лесопользования по международным стандартам, производя продукцию глубокого передела в ЦБП и деревобработке, которая широко востребована на мировых рынках», — перечисляет он.

Нарушения, в том числе связанные с лесовосстановлением, часто происходят у мелких компаний с китайскими учредителями, замечает человек, близкий к одному из российских лесопромышленных холдингов.

Если Россия все же пойдет на запрет поставок древесины в Китай, то потоки пререраспределятся между Японией, Южной Кореей и внутренним рынком, считает Богатырев. На внутренние цены это вряд ли повлияет — на рынке дефицит доступной древесины, добавляет эксперт.

Источник: https://www.vedomosti.ru/business/articles/2018/11/07/785781-minprirodi-zapretit

Об установлении тарифных квот и ставок вывозных таможенных пошлин на отдельные виды лесоматериалов

15 декабря 2017 15:30

Постановления от 12 ноября 2017 года №1520, №1521. Вводятся тарифные квоты в отношении аянской ели, белокорой пихты и даурской лиственницы, преимущественно произрастающих на Дальнем Востоке.

В рамках квоты на эти лесоматериалы устанавливается пониженная ставка вывозной таможенной пошлины на уровне 6,5%, но не менее 4 евро за 1 м3.

Это позволит стимулировать создание на Дальнем Востоке новых лесоперерабатывающих мощностей, обеспечить сырьём недозагруженные мощности, будет способствовать созданию к 2020 году более 2 тысяч новых рабочих мест в сфере лесозаготовки и повышению производительности труда в 1,7 раза.

Справка

Внесены Минпромторгом России.

Постановлением Правительства от 30 июля 2012 года №779 установлены тарифные квоты на отдельные виды лесоматериалов хвойных пород, вывозимых за пределы территории России и территории государств Таможенного союза. Таможенная пошлина в пределах квоты для этих видов лесоматериалов составляет от 13 до 15 евро за 1 м3 .

Постановлением №1520 вводятся тарифные квоты на аянскую ель, белокорую пихту и даурскую лиственницу, преимущественно произрастающие на Дальнем Востоке, в объёме 4 млн м3 ежегодно.

Такие тарифные квоты могут быть предоставлены только предприятиям, у которых доля экспорта продукции лесопереработки составляет не менее 20% общей стоимости экспорта необработанных лесоматериалов и продукции лесопереработки (с поэтапным увеличением этого показателя до 35%).

Ставки вывозных таможенных пошлин на товары, вывозимые из России за пределы Таможенного союза, утверждены постановлением Правительства от 30 августа 2013 года №754.

Постановлением №1521 устанавливается пониженная ставка вывозной таможенной пошлины в отношении древесины аянской ели, белокорой пихты и даурской лиственницы.

Совет

Ставка вывозной таможенной пошлины на эти лесоматериалы в рамках тарифной квоты устанавливается на уровне 6,5%, но не менее 4 евро за 1 м3 . На 2018 год вне квоты сохраняется действующая в настоящее время ставка вывозной таможенной пошлины в размере 25%, но не менее 15 евро за 1 м3 . С 1 января 2019 года планируется поэтапное увеличение ставки вывозной таможенной пошлины вне квоты.

Проекты постановлений одобрены на заседании подкомиссии по таможенно-тарифному и нетарифному регулированию, защитным мерам во внешней торговле Правительственной комиссии по экономическому развитию и интеграции.

Принятые решения позволят стимулировать создание на Дальнем Востоке новых лесоперерабатывающих мощностей, обеспечить сырьём недозагруженные мощности, будет способствовать созданию к 2020 году более 2 тысяч новых рабочих мест в сфере лесозаготовки и повышению производительности труда в 1,7 раза.

Источник: http://government.ru/docs/30598/

Спасет ли российские леса запрет на экспорт необработанной древесины?

Идея запретить экспорт необработанной древесины из России очень популярна: под петицией о таком запрете на change.

org уже собрано около шестисот пятидесяти тысяч подписей, в Государственной Думе ждет своего рассмотрения законопроект о косвенном запрете экспорта, а председатель Совета Федерации В.И.

Матвиенко 12 февраля 2019 года предложила остановить на какое-то время вывоз леса за границу.

Однако, остается вопрос: действительно ли запрет на экспорт необработанной древесины может спасти российские леса от варварских опустошительных рубок?

По предварительной оценке, объем законной заготовки древесины в России в 2018 году составил около 220 миллионов кубометров (в 2017 году – 212,4 млн. кбм).

Согласно недавнему постановлению Совета Федерации от 30 января 2019 года № 17-СФ, объем использованной для переработки, экспорта и внутреннего потребления древесины превышает объем законного лесопользования на 16 процентов.

Обратите внимание

Эти данные, скорее всего, существенно занижены и недооценивают потери заготовленной древесины, но даже если их принять, общий объем заготовки древесины в России составит примерно 255 миллионов кубометров.

Обратите внимание

Согласно экспресс-информации Федеральной таможенной службы, за 2018 год из России было экспортировано 19,0 миллионов кубометров необработанной древесины (“лесоматериалов необработанных, с удаленной или неудаленной корой или заболонью, или грубо окантованные, или неокантованные” – код 4403). Эти данные, скорее всего, близки к реальности – во всяком случае, они гораздо ближе к реальности, чем данные о заготовке и перемещении древесины внутри страны. 

По этим данным получается, что в необработанном виде в 2018 году было экспортировано примерно 8,6% от официального объема заготовленной в России древесины, или примерно 7,4% от объема заготовленной древесины с учетом оценочных объемов воровства леса. Если считать, что воруют больше (до 20-25% от общего объема заготовки) – то доля того, что уходит на экспорт в виде “кругляка”, будет еще меньше: 6,5-6,9 процентов.

Очевидно, что такое сокращение принципиально не изменит ни масштабы лесопользования в России, ни его последствия.

Его влияние будет реально заметным только в некоторых самых близких к границе районах, откуда основная часть древесины вывозится за границу в необработанном виде; на большей же части территории страны это влияние будет совсем незаметным.

Более того: во многих случаях это влияние будет быстро скомпенсировано ростом производства полуфабрикатов – главным образом пиломатериалов.

Таким образом, запрет экспорта необработанной древесины хотя и может сократить объемы заготовки древесины в российских лесах, но в целом по стране совсем не сильно (на 6,5-8,6 процентов), и, скорее всего, совсем ненадолго, поскольку ограничения на экспорт “кругляка” быстро компенсируются ростом экспорта лесных полуфабрикатов.

 Вообще, сейчас в российском лесном экспорте абсолютно преобладает не необработанная древесина, а продукция ее первичной переработки. Согласно экспресс-информации Федеральной таможенной службы, за 2018 год из России было экспортировано 19,2 миллионов тонн пиломатериалов (код 4407).

Массу пиломатериалов можно лишь примерно пересчитать в объем, а объем – лишь примерно в объем использованной для лесопиления необработанной древесины. 19,2 миллионам тонн экспортированных пиломатериалов соответствует примерно 60-65 миллионов кубометров сырья – необработанной древесины.

Важно

Кроме того, за 2018 год из России было экспортировано 2,1 миллиона тонн древесной целлюлозы (коды 4702-4704) – это примерно соответствует десяти миллионам кубометров заготовленной древесины.

Читайте также:  Автомат по продаже электронных сигарет и жидкости как бизнес: ответы на частые вопросы

Таким образом, всего на экспорт в виде основных лесных полуфабрикатов – пиломатериалов и целлюлозы – уходит примерно треть от общего объема заготавливаемой в России древесины. Это, разумеется, приблизительные оценки, но они вполне отражают соотношение масштабов экспорта разных видов лесной продукции.

А возможен ли вообще такой запрет? Теоретически – возможен, но практически – лишь на ограниченное время, да и то неполный. Связано это прежде всего с тем, что Россия в 2012 году вступила во Всемирную торговую организацию, и теперь должна соблюдать как общие правила ВТО, так и договоренности, которые были достигнуты при вступлении.

Действующее российское законодательство, учитывающее все эти нормы, позволяет вводить лишь временные (до полугода) ограничения или запреты экспорта на отдельные товары, которые являются существенно важными для внутреннего рынка РФ.

Прямо сейчас (с 1 января по 30 июня 2019 года) действует такое ограничение на бревна из березы диаметром не менее 15 сантиметров, введенные постановлением Правительства РФ от 17 июля 2018 г. № 836 – для них установлен ограниченный объем возможного экспорта (квота).

Теоретически такие же ограничения и даже запреты могут вводиться и для других видов необработанной древесины, но тоже на срок до полугода. Кроме того, для основных пород хвойной древесины действуют разные вывозные пошлины в рамках установленных тарифных квот, и вне этих квот – это прямой результат договоренностей, достигнутых при вступлении в ВТО. 

Теоретически возможен также косвенный запрет экспорта через введение каких-либо хитрых ограничений на какие-либо предшествующие экспорту действия.

В Государственной Думе рассматривается такой законопроект (№ 470635-7), согласно которому “до 31 декабря 2030 года заготовка деловой древесины хвойных пород (сосны, ели, пихты, кедра и лиственницы), допускается только в целях переработки на территории Российской Федерации либо использования без переработки на территории Российской Федерации”. Но практически он или будет обходиться с помощью коррупционных схем, или будет восприниматься так же, как прямой запрет. 13 февраля 2019 года Государственная Дума уже в двенадцатый раз отложила запланированное рассмотрение этого законопроекта в первом чтении, и, скорее всего, рано или поздно отклонит его совсем.

Совет

Запрет на экспорт основных лесных полуфабрикатов – пиломатериалов и целлюлозы – вряд ли возможен в принципе, поскольку многие предприятия, производящие эти виды продукции, являются градообразующими, от них в общей сложности зависит экономическое благополучие сотен тысяч работников и членов их семей, и вряд ли кто-либо из власть имущих решится остановить работу таких предприятий.Что же делать, если даже запрет на экспорт необработанной древесины не поможет спасти российские леса?

Главная беда наших лесов – в том, что их используют для заготовки древесины самыми варварскими способами, без реального воспроизводства ценных лесов на месте вырубленных, и без эффективной защиты от непроизводительных потерь в результате пожаров и прочих тому подобных бедствий. Поэтому и добиваться нужно в первую очередь того, чтобы возможность использования лесов напрямую зависела от правильного обращения с ними. В частности, необходимо, чтобы установленные объемы заготовки древесины по лесным участкам автоматически пересчитывались и сокращались:

  • – пропорционально доле ранее вырубленных площадей, на которых не удается обеспечить воспроизводство ценных хвойных и твердолиственных насаждений;
  • – пропорционально потерям этой древесины в результате лесных пожаров, болезней, вредителей, незаконных рубок и по другим тому подобным причинам;
  • – пропорционально доле площади, по которой отсутствуют достоверные и актуальные данные о состоянии лесов и результатах прошлого хозяйства в них.

При этом лесопользователи, ведущие качественное лесное хозяйство и улучшающие состояние лесов, должны, наоборот, получать дополнительные возможности, льготы и даже субсидии от государства – особенно если они будут вовлекать в лесное хозяйство разнообразные бросовые и деградированные земли.

Кроме того, необходимо сохранить максимально возможную площадь доживших до наших дней остатков дикой лесной природы – малонарушенных лесных территорий (нефрагментированных инфраструктурой и не затронутых промышленным природопользованием последних 70-90 лет лесных массивов площадью 50 тыс. га и более). Эти территории имеют ключевое значение для сохранения как биологического разнообразия, так и климаторегулирующей роли лесов.

А в качестве самого первого и абсолютно необходимого шага надо уничтожить систему лесной лжи – тотального искажения и сокрытия практически всей значимой информации о лесах для создания иллюзии относительного благополучия лесной отрасли и относительно приличной работы отвечающих за нее ведомств и чиновников.

Добиться этого сложно – зато решение этих задач реально поможет сохранить наши леса, и перейти от их разорения и уничтожения к восстановлению и улучшению.

Источник: https://www.openforest.org.ua/111186/

Новости экономики и финансов СПб, России и мира

Ограничения на экспорт березового, или фанерного кряжа будут действовать с 1 января по 30 июня 2018 года. Постановление, вводящее это новшество, разработал Минпромторг. Согласно документу, в первом полугодии из страны можно будет вывезти 567 тыс.

м3 березового кряжа, а после снятия ограничения — еще 600 тыс. м3. Таким образом, общий объем экспорта березового кряжа в 2018 году составит примерно 1,3 млн м3 против более чем 1,9 млн м3 в 2016 году, поясняют участники рынка.

Распределять квоты между участниками рынка и выдавать разовые лицензии для экспорта будет Минпромторг.

“Квоты распределяются между участниками внешнеэкономической деятельности пропорционально объемам березового кряжа, вывезенного каждым из участников с 2013 по 2014 год”, — отмечается в постановлении. Введение квот в 2018 году позволит сохранить необходимый объем фанерного сырья на внутреннем рынке, считают чиновники.

Ценная береза

Обратите внимание

Березовый кряж – это отрезок нижней части ствола, он считается наиболее качественным и используется в основном для производства фанеры, а также для выпуска древесных плит — ДСП, ДВП, МДФ. При заготовке березы всего 18% приходится на кряж, а остальное — на так называемые балансы. Эта часть используется в целлюлозно-бумажной промышленности.

По расчетам министерства, объем потребления березового кряжа в России с 2015 по 2017 годы вырос с 9,7 млн м3 до 10,7 млн м3, а к 2021 году может увеличиться до 13,4 млн м3. Растет и экспорт. Так, в 2015 году он составлял 1,5 млн м3,  в 2016 году — 1,9 млн м3, а в 2017 году — 2,3 млн м3. Без ограничительных мер в следующем году из России могли бы вывезти 2,8 млн м3 березового кряжа.  

Грядущие изменения на руку российским производителям фанеры, которые, возможно, и пролоббировали введение квот, полагают некоторые участники рынка.

Крупные игроки фанерного рынка — группа компаний “Свеза” (производства в Петербурге, Костромской, Вологодской областях), Segezha Group (Кировская область, Карелия), “Юнайтед Панел Груп” (Коми). Есть также заводы в Архангельской, Новгородской областях.

Качественная фанера

В первом полугодии 2017 года в России было произведено 1,9 млн м3 фанеры. “Эта продукция — хороший экспортный товар и востребована на внешних рынках.

Можно сказать, что российская фанера — бренд, означающий высокое качество продукции.

Поэтому вполне логично, что государство намерено поддержать российских производителей за счет контроля за сырьевой базой”, — отмечает глава Национального лесного агентства развития и инвестиций Виталий Липский.

Некоторые участники рынка заявляют, что от новой инициативы будет хорошо только переработчикам, а экономическое состояние заготовителей ухудшится.

Их потери, по оценкам экспертов, в следующем году могут превысить 7 млрд рублей.

Важно

Основная часть из этой суммы придется на заготовителей Северо-Запада, потому что на Северо-Западе больше всего фанерных комбинатов, которые скупают сырье в ближайших областях.

“Заготовители продукции, несомненно, всегда смогут продать березовый кряж внутри страны.

Однако вопрос заключается в том, по какой цене, ведь из-за ограничений цены на фанерный кряж снизятся”, — уверена заместитель финансового директора ОАО “Лесплитинвест” (производство пиломатериалов и древесных плит) Наталья Клешева.

“Многие заготовители понесут убытки, потому что цена на березовый кряж упадет”, — согласен генеральный директор ЗАО “Петровлес” Виктор Гусев.

“Мы не против продавать эту продукцию и внутри страны, но переработчики отказываются повышать цены. Я уверен, что они в следующем году снизятся”, — добавляет он. Средняя цена на березовый кряж в Ленобласти и других регионах СЗФО составляет около 3,5 тыс. рублей за 1 м3. Заготовители были бы рады поставлять продукцию местным фанерным комбинатам за 4,5 тыс. рублей за 1 м3 и выше.

Крупные же фанерные комбинаты оптимистичны. “Вводимая мера  не повредит лесозаготовителям и улучшит ситуацию для переработчиков древесины. На мой взгляд это очень положительное явление.

Отечественная продукция будет востребована, поскольку сегодня  существует нехватка березового кряжа даже для российских потребителей.

При этом наращивания объёмов заготовки березового кряжа не происходит, потому что отсутствует спрос на березовый баланс, и  растет не такими быстрыми темпами”, – поясняет Борис Френкель, заместитель генерального директора ООО “СВЕЗА-Лес”.

Некоторые эксперты опасаются, что могут возникнуть и проблемы с реализацией березового баланса. В настоящее время эта продукция в основном экспортируется, поскольку в России продавать ее некуда — российские ЦБК в основном заточены под переработку хвойных балансов.

В соседней же Финляндии целлюлозно-бумажные предприятия активно закупают березовый баланс, поскольку у них работает другое оборудование, рассказывает глава Союза лесопромышленников Ленобласти Юрий Орлов. Поскольку по диаметру некоторые виды баланса могут совпадать с кряжем, есть большие опасения, что под запрет попадут и балансы.

Если же они станутся внутри страны, их можно продавать только как дрова по низкой цене, сетует Юрий Орлов.

Совет

По оценкам экспертов, доля лиственных пород древесины, которая заготавливается на Северо-Западе, составляет около 40% от общего объема; доля хвойных пород — 60%. Всего в нашем регионе ежегодно вырубается около 32 млн м3 древесины.

Выделите фрагмент с текстом ошибки и нажмите Ctrl+Enter

Обсуждаем новости здесь. Присоединяйтесь!

Источник: https://www.dp.ru/a/2017/12/29/article

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector